Полюбить сражение и не искать мира

 

 

    Корреспондент «Кавказ-Центра» встретился с политологом Саадом Минкаиловым. В свете последних событий в Чечне, темой беседы стала оценка перспектив и возможных задач чеченского Сопротивления, которое сегодня все больше трансформируется в общекавказское Сопротивление.

 

После гибели президента ЧРИ в западных и в российских СМИ активно говорят о том, что с убийством Аслана Масхадова ситуация загнана в тупик. И тут же выдается прогноз-сетование, что «радикализм и ожесточение» в чеченском вооруженном сопротивлении усилятся. Ты согласен с такой оценкой?

 

Бисмиллах1и- Ррахьмани - Ррахьим!

 

Прежде всего, в этих голосах я бы выделил две интонации. Голос европейцев, потрясенных циничным убийством чеченского президента и совершенно непонятным, варварским глумлением над телом, которое демонстрировали кремлевские сатанисты. Это шокировало самых разных представителей европейской общественности, большинство из которых воспитанно в традициях христианской морали.

 

Другая интонация у людей, которых волнует не моральная сторона дела, а топорная непродуманность в действиях кремлевского режима, которая может привести к неконтролируемому отторжению Кавказа.

 

Эта озабоченность проглядывается у разных «стратегических дел» специалистов и у так называемых «прогрессивных» журналистов. Это для них наступает тупик.

 

В этой связи (особенно после демонстративного убийства президента Масхадова) вызывает недоумение, что некоторые наши деятели в подражание им выражают разочарование «недальновидностью», «радикализацией» и сожаление о том, что мирный процесс отодвигается на неопределенное время.

 

Все это не те разговоры. Они не согласуются с нашими задачами. Война будет идти своим чередом, и мы должны воевать и еще раз воевать.

 

Воевать до полного изгнания врага, пока не освободим Ичкерию?

 

По инерции этот лозунг повторяют, хотя вопрос уже давно так не стоит. Изгнания оккупантов с территории Ичкерии ничего не дает. Оттого, что они перекатят свои железки на 150-200 км от места сегодняшней дислокации и подпишут, какие-то бумаги, мы ничего не выигрываем. Логика событий диктует другую задачу - изгнать русских оккупантов со всего Кавказа.

 

Беспредел, чинимый кремлевским режимом, по всему Северному Кавказу облегчает эту задачу. И с помощью Всевышнего, мы этой цели добьемся, инша Аллах1!

 

Изменилось само понимание политической перспективы. Надо осознать, что время, когда мы хотели влиться в «мировое сообщество» и стать так называемым субъектом международного права, безвозвратно ушло. Сегодня, в контексте глобальных геостратегических тенденций, наши прежние планы выглядят наивными.

 

Помнится, когда нас записали в некий сиротский приют «не представленных народов», нам преподносили это как невероятный успех. Считалось, что нам разрешили зайти в предбанник мировой конторы, а дальше исполнялась заветная мечта – вписаться в «международную вертикаль», возглавляемую африканским язычником Кофи Анноном.

 

Наверное, о некоторых вещах мы просто не задумываемся. Объявить Джихад, чтобы стать членом ООН (?) Это даже похлещи чем «Шариатский суд Ленинского района».

 

Ну, здесь личность не остается в проигрыше. Каждому воздастся по его намерению. Как много было простых искренних людей, и городских парней и простых сельчан, вышедших на Джихад в первую войну! Даже носки боялись взять из бесхозного разрушенного магазина, не зная, дозволено это Шариатом или нет.

 

Мусульманская молодежь из сопредельных республик, из разных стран СНГ и мира приходила на Священную войну, и честно говоря, их мало заботило то, как наше ичкерийское руководство конструировало политическое будущее. Для каждого моджахеда было важно само сражение против жестокого и вероломного врага, напавшего на очередную мусульманскую страну.

 

В целом же для мусульманской общины оказалось состояние «после войны» важнее самой войны. Это показал афганский опыт, и наш собственный после первой русско-чеченской войны. Сказалось неумение правильно распорядиться мирной передышкой. Мусульмане считали – главное изгнать врага, а там жизнь сама наладится.

 

«Воевать и еще раз воевать» - звучит достаточно резко. Нас, конечно, обвинят в радикализме и экстремизме. Насколько адекватна такая позиция?

 

Во-первых, и это самое главное, в Коране сказано: «Предписано вам сражение, а оно ненавистно для вас…».

 

«Предписано» означает - приказано, «…а оно ненавистно для вас…» полностью раскрывает наше внутреннее отношение. Мы ведь не любим войну. Можем обмануть кого угодно, но мы не сможем обмануть Аллаха, хвала Ему и велик Он. Всевышний знает нас лучше, чем мы знаем сами себя. И значит у нас единственный, спасительный выход – ПОЛЮБИТЬ СРАЖЕНИЕ И НЕ ИСКАТЬ МИРА.

 

Во-вторых, после четкого уяснения своего долга, все остальное не важно. Нас обвинят в любом случае. Оттого, что мы стесняемся называть вещи своими именами, русские не станут менее лживыми. Свинья всегда отыщет грязь, кафир всегда измыслит ложь.

 

Преподнесли же они вмиг, какую-то грязь, чтобы навесить ее на нового Президента Ичкерии и Амира ГКО Маджлисуль-Шура Абдул-Халима. И это притом, что Абдул-Халим известен чеченцам, как авторитетный религиозный проповедник, умный и благородный человек.

 

Сказать «я против войны» считается нормальным. Мы приучены, что при одобрении войны у нас появляются нехорошие ассоциации. Война это нехорошо! Война это преступление! Война это бесчеловечно! И прочее.

 

А пренебрегать такому устоявшемуся мнению позволительно только сильным мира сего?

 

Да, и мы знаем, какие ярлыки вешают мусульманам, позволившим себе вооруженное сопротивление имперской агрессии. Замени слово «война» на слово «джихад» и сразу испаряются возражения даже у самого «европейского» чеченца и даже у российского политолога (!).

 

Сказать «я против Джихада» - значит с головой обнаружить свою антиисламскую суть. Оставление Джихада приравнивается к оставлению Намаза (молитвы). Поэтому Кадыров старался уверить всех, что «данная война не Джихад». Что если бы это был Джихад он первый вышел бы на войну, так как он большой знаток Шариата.

 

Российские политболтуны работают не покладая языка, сочиняют убогую ложь, что эта война «нефтяного интереса», что «главари боевиков борются за денежные потоки из-за рубежа», а «несознательная молодежь совершает теракты из-за отсутствия рабочих мест».

 

Все-таки возвращаясь к вопросу о целях. Насколько адекватной, соответствующей сегодняшним реалиям, является цель - изгнание российских оккупантов со всего Кавказа?

 

Все, кто участвует в войне против российских оккупантов, другую цель и не полагают. Сама жизнь ставит ее. С нашей стороны требуется одно – не играть в жмурки с реальностью и не выдумывать цели «полегче» и «подешевле». Кремлевский режим с самого начала второй агрессии знает, что на карту поставлено их дальнейшее пребывание на Кавказе. И западные деятели давно выработали различные варианты вмешательства на случай ухода российских оккупантов с Кавказа.

 

А каким образом, по-твоему, предполагается реализация этой цели?

 

Детально разработанный план предполагает наличие ресурсов, экономической инфраструктуры и прочего. Но на этом этапе у нас задача предельно ясна и проста. Не отходить от Джихада! Мы не спешим, время работает на нас.

 

Теперь мы знаем, что наша победа в первой войне было весьма условной. Это была и не победа, а некий моральный успех нашего народа, который мы почти растеряли в ходе «мирного строительства».

 

Победа это, когда проигравшая сторона полностью платит по счетам. Мы будем говорить о своей победе, когда будем иметь возможность наказать договаривающуюся сторону за нарушение договора. Так кстати поступал наш Пророк, (алайхи ссалату- вассалам), когда язычники нарушали заключенный договор. Для того чтобы заставить противника соблюдать договор, надо иметь силу. А силу мы час за часом, день за днем приобретем только в ходе войны.

Теперь можешь задать уточняющий вопрос.

 

Какой?

 

В чем наша главная беда? Что нас сбивает с правильного определения своего пути?

 

Беда в том, что мы в поисках пути переходим в лабиринт чуждых понятий, который нам навязали. Незаметно отойдя от Исламской идеологии, мы стараемся отыскать выход в этой системе ложных ориентиров. В этом лабиринте выход для нас мусульман вообще не предусмотрен. Как говорит Шамиль Абу-Идрис, система построена специально, чтобы разыграть «мусульманского лоха».

 

Иногда мы соглашаемся на откат от идеологической линии (что запрещено Шариатом), думая перехитрить противника. Но мы не обманываем своих врагов. Они в своих позициях давно определились и от своего курса, где наши «хитрости» тоже предусмотрены, не отступают. Мы просто вводим в заблуждение своих братьев. Мы не стараемся вырваться из идеологического никуда.

 

К примеру, мусульмане, не задумываясь, приняли метку, разделяющую их на «малые народы». В качестве утешения за «малый рост» командируют разного рода правозащитников с сочувственной риторикой, что нельзя обижать «малый народ», что и он «имеют право на существование» и даже на «свою культуру!».

 

Надо прекратить этот нескончаемый, жалобный рефрен. Сталинский термины «нацмен» и «малые народы» являются идеологической западней, разделяющей мусульман. Существует ЕДИНАЯ МУСУЛЬМАНСКАЯ УММА, которая повсеместно подвергается агрессии со стороны современных языческих империй. И если с нашей стороны этническая принадлежность выдвигается как знамя борьбы, то это запланированное поражение. Мусульмане, разделенные на «малые народы» являются удобным объектом для агрессии.

 

Не могут «малые» народы выиграть у «больших» народов, по определению. Оставаясь в одежонке «малого», у народа только один выход - знать свое место и уповать на милость большого народа или на защиту мирового сообщества. А ведь нас мусульман, в мире больше чем китайцев!

 

Значит, по-твоему, понятие русско-чеченский конфликт нуждается в идеологической переоценке? Или, по крайней мере, в уточнении некоторых понятий?

 

Да, нуждается. И нам надо отказаться от уютной теории 400 летнего противостояния, где мы, якобы, боролись за свою «этническую самоидентификацию». Вычленение русско-чеченского противостояния из общего исторического контекста, идеологически неверно. В течение 400 лет Русня совершала агрессию против всех мусульманских земель: Сибирь, Казань, Астрахань, Крым, Кавказ. И геноциду подвергались не только мусульмане Чечни. И высланы были не только чеченцы.

 

Из семи народов, выселенных под корень во времена сталинизма, шесть являлись мусульманскими народами. И основная агрессия Российской империи при любом режиме остается направленной против мусульман, в первую очередь. Этой общеизвестной истины надо придерживаться и не давать увлекать себя байками о национально-освободительных движениях «малых народов».

 

У этого идеологического фантома этноцентризма есть свои логически вытекающие понятия. Особенно удивляют рассуждения о «сохранении генофонда». Мол, чеченцы прекратили поддерживать имама Шамиля, потому что надо было сохранить «свой генофонд». А имам, оказывается, не стремился сохранять этот самый генофонд, а был нацелен на сохранение Шариата. Что такое «этническая идентификация», которую часто употребляют чеченские демократы, я могу еще понять, но я никак не мог взять в толк, что означает «генофонд». Так и представляется замороженная сперма в пронумерованных пробирках, хранящаяся в специальных контейнерах.

 

Ну, здесь имеется в виду, что длительная война «малого» народа против колониальной агрессии, какого-нибудь разжиревшего соседа, может привести к его исчезновению. Оглянувшись на историю, мы не можем не признать - действительно, исчезли некоторые народы Кавказа в результате российской агрессии. Цена вооруженного сопротивления была высока?

 

Вот как раз здесь требуется существенное уточнение. Если уж оглядываться на историю, то видно, что большей частью пострадали именно те народы, которые в целях сохраняя пресловутого «генофонда», отошли от Джихада и пытались задобрить агрессора своей сговорчивостью и мирными переговорами. Эти народы уменьшились до «красной книги», или исчезли совсем. Самым многочисленным этносом на Северном Кавказе являются чеченцы. И сохранились именно потому, что наиболее активно участвовали в Джихаде. И пусть наши братья не воспримут это высказывание, как национализм.

 

Думаю, что мы должны оценивать состояние врага. Многие считают, что деструктивные процессы в российском государстве продолжаются. Придворные политологи считают, что Путин приостановил развал России?

 

Ну, в общем-то, надо признать, что без особых усилий восстановлен привычный русский паханат (вертикаль). Почти избавились от либерального отравления. Зашугали новых капиталистов. Логика российской истории требует именно таких шагов.

 

Говорят даже о восстановлении сталинской модели?

 

Путин при всех своих преступлениях не тянет дальше бледной тени Сталина. Разница в самих фигурах огромная из-за того, что Сталин занимал место царя и верховного жреца коммунистической религии. Что очень важно в управлении огромной разноплеменной империей.

 

Путин остается лишь на уровне злобного царька, потому что нет верховного жреческого сана. Дальше Гришки Отрепьева, которому условно верят, не тянет. А сана нет, потому что нет новой религии. Нет новой идеологической тоги «спасителей мира», хотя очень желают приобрести.

 

Сейчас в «спасителях человечества» ходят американцы. Поэтому Путин вынужден эксплуатировать русизм в голом виде. Он поддакивает всему, что нравиться крепостному электорату. В его «идеологии» оказалось, что все фигуры по-своему хороши: и Столыпин, и Колчак, и Дзержинский, и Андропов.

 

Русизм в голом виде отвратителен с его истошными криками об «исконно русских землях» Кенигсбергской области.

 

Вообще, вырождение российской власти предельное. Дочери Николая II работали сестрами милосердия в госпиталях. Сынки членов политбюро были на фронтах 2-ой мировой войны наряду со всеми. Подобное трудно себе вообразить в современной Русне.

 

Кстати о вырождении. С чем связано такое позорное поведение хваленого российского спецназа? Палить из танков по жилым домам. Действительно ли не хотят жертвовать «своими ребятами», как заявляют на камеру фаэсбешные чины?

 

«Жалеть своих ребят» или вообще, каких либо ребят, это что-то необычное. Легче поверить в травоядных шакалов, чем в российских генералов, экономящих солдатское мясо.

 

Ларчик открывается просто. «Крутые» и «борзые» спецвойска наотрез отказываются идти на штурм объекта, где находится хоть один моджахед. В стане врага идет тихая паника, потому что им противостоит противник, готовый умереть в любую минуту. А они умирать не хотят. Поэтому вызывают вертолеты и танки, даже против женщин.

 

И несколько слов в заключение беседы?

 

Хотел бы еще раз напомнить всем нашим братьям, чтобы поддерживали друг друга в этом нелегком ИСПЫТАНИИ, которое выпало на нас. Будущее скрыто от нас. Но есть знамения, которые вселяют уверенность в нашей победе.

 

Во главе Джихада и моджахедов у нас стал новый Амир, который знает Коран и Сунну, и будет измерять любой свой шаг предписаниями Шариата.

 

И посмотрите на того, кто стоит во главе всей Русни. Безродный, кровожадный маньяк с сатанинскими стигматами на лице, несущий с собой дыхание проклятья.

 

На наш век злодеев хватит, конечно. Но я тоже думаю, что эта империя зла исчерпала все моральные права на существование и крах ее близок.

 

Думаю, ты прав!

 

Благодарю тебя за содержательную беседу. Ассаламу алейкум!

 

Ва алейкум салам, варахьматуллах1и, вабаракатух1у!

 

Беседовал Ваха Хасанов

источник: «Кавказ-Центр»